Главная
Главная тема
События и комментарии
Город
Общество
Образование
Лица
Свободная тема
Письма в редакцию
Дата
Культура
Здоровье
Отдых
Спорт
Невидимки №6-2011
 №6, НОЯБРЬ 2011г.
архив номеров


Яндекс.Погода


Яndex

www.yandex.ru



Последний выбор сумки Печать
Свободная тема
17.02.2008 г.

(Окончание, начало в №№ 7-10, июль 2005, №№ 10-14, сентябрь 2006.)

Краткое содержание предыдущих глав. Четыре года назад в городе Ворошиловске был избран мэром директор трубного завода Большов. На это место претендовал местный криминальный авторитет, хозяин пистонного завода, сын турецкого подданного одноглазый Портфелий Хорьков по кличке Сумка. Вокруг Сумки собрались все темные силы города – бандитская группировка, получившая название в народе «пистоны», бывший член думы Алик Безмискин, директор котельной Васька Непотребный (он же Калория). Сумка со своей бандой хотел стать полновластным хозяином города, чтобы выпить из города последние соки. Но новый мэр встал на пути этих зловещих планов. Сумка и К проиграли все: и выборы мэра, и выборы с перевыборами в городской совет. Все шло в дело – и расстрел заместителя Большова, возбуждение уголовных дел против нового мэра, черный пиар в любимой газете «Задорный пистон» и грабительские тарифы для города на тепло его заводской котельной (украденной у города). Но ничего не выходило, горожане видели, за кем правда, и голосовали не за сумкинских корешей и подпевал. Прокуратура начала расследовать незаконную приватизацию патронного завода и его последующее превращение в пистонный завод, факты хищения патронов с завода. На Калорию завели уголовное дело, да и над самим Сумкой стали сгущаться тучи…

ГЛАВА 9. А МОЖЕТ, ЭТО МОЙ ПОСЛЕДНИЙ ШАНС…

НОВОГОДНИЙ ПОДАРОК

Image

Конец декабря. Сумка сидел совсем грустный в своем бункере. «Все плохо, совсем плохо, а дальше будет еще хуже… - думал он. – Где моя власть? Раньше, когда я ехал по городу – все глядели на меня с испугом. Вот едет Сумка, великий и ужасный, смелый и могучий. Хозяин самого большого в России пистонного завода, обладатель коллекционных машин Гитлера и Лаврентия Берия. А сейчас что? Машины распроданы, приходится обходиться игрушечными. Производство пистонов упало до нуля, единственное, что выручает – это продажа тепла городу». Тут Сумка злобно хихикнул, вспомнив, как он украл котельную у города. Но тут же опять загрустил. «Отберет Большов в конце концов эту котельную. На что жить буду? На что буду издавать свой любимый «Задорный пистон»? Работать, что ли, придется? - испугался он. - Я же ничего, кроме как воровать, избивать и запугивать не умею…»

И так бы он переживал еще не час и не два. Но его минорное настроение нарушил ворвавшийся Калория. Впервые за последний год Сумка увидел радостную улыбку на его лице. Для этого были причины: после того как ушел в отставку крыша Сумки – обер пистон-прокурор Папочев, началось расследование незаконной прихватизации завода и котельной. Калории катил срок за лжебанкротство, подделку документов и мошенничество. Причем срок немаленький. Хитрый Сумка ничего не подписывал, все подписывал туповатый Калория, а теперь… Утешения Сумки, отсидевшего немалый срок за убийство папаши и его подруги - мол, люди и на зоне живут - Калорию не успокаивали. И вот такая радость на лице. «Уходит, уходит, уходит!!!!» - орал радостный Калория.

«Совсем крыша съехала у Калории, - подумал горестно Сумка. – Надо его, как и бывшего директора патронного завода, в кислоте растворить, а то еще даст на меня показания. Придется опять в тюрьму возвращаться. Там хоть и макароны, но на воле лучше». «Кто уходит? Старый год что ли?» - сумрачно спросил он.

«Какой год? - не понял Калория. – Большов уходит, в отставку сегодня подал!»
«Как уходит? Мы в него стреляли, уголовные дела заказывали, грязью мазали – он не уходил. А сейчас взял и в отставку подал? Он нас уже под плинтус загнал. Живи и властвуй…» - спросил ошарашенный Сумка.
«Большов сказал, что он все свои предвыборные обещания выполнил. Город поднял, эстакаду из Осенней в Рублево построил, коммуналку наладил. Теперь хочет идти дальше», - объяснил Калория.
« Вот гаденыш!» - не выдержал Сумка, который ненавидел Большова еще и за то, что тот жил непонятной Сумке жизнью. Не украл завод, как Сумка патронный, а построил на болоте трубный завод. Трубный завод, в отличие от пистонного, рос и развивался. Не воровал Большов, а работал. И результаты его были гораздо лучше, чем у Сумки. Сумку в городе боялись и ненавидели, а Большова большинство горожан уважало и любило. Но тут до него дошло, что жизнь ему подкидывает шанс, может быть, последний. Он сурово спросил Калорию: «И чего, перевыборы будут?»
«Конечно, новые выборы мэра! - радостно залопотал Калория. – Давай, Сумочка моя крокодиловая, выиграем эти выборы. Меня давай в мэры выберем!»
«Урод! Ты же под следствием. Не хватало, чтобы тебя арестовали во время предвыборной кампании», - возразил Сумка.
«Но кого же тогда? Тебя, Сумка, нельзя - за убийц даже наши пистоны голосовать не будут. Безмискин в психиатрической больнице лежит, за него только отделение буйно помешанных голосовать будет. Балаболкина тоже непроходняк. Кого же двинем на Олимп власти?» - задумался Непотребный.
«Придумал!!! Есть классная кандидатура!!! На 100% пройдет!!! - воскликнул Сумка. – Попробуй, догадайся?»
«Свиригониха?» - спросил Калория и сам же себе ответил. - Так она в городе уж два года не показывалась. Задрика? Тоже запропал. Кто же, Сумка, не томи?»
«Да Кекс наш лимонный! Сашок Выгрызов!!!» - озвучил свою кандидатуру Сумка.
«Супер-пупер! - поддержал босса Калория, но тут же засомневался. - Он же тогда с нашими пистонами знаться не захотел. В одиночку в городской совет пролез. На нас свысока смотрит. Зачем мы ему нужны?»
Image«Дурак ты, Калория! Враги наших врагов – наши друзья. Он же Большова не меньше нашего ненавидит. Выгрызов одиночка, а у нас, пистонов, еще силенки остались. Его харя, то есть харизма с нашей поддержкой - и город, как при Разгильдяеве, – будет опять наш! - закончил Сумка, и приказал Калории. - Соедини меня с Сашком незабвенным».

Калория, потыкав в телефон пальцем, важно засопел: «Але! Сашок? С тобой Портфелий ибн Салимович потереть хочет. Соединяю с ним». И передал трубку Сумке. Тот важно начал: «Александр! Приглашаю вас к нам в бункер на переговоры по стратегическим вопросам». Сумка был немало удивлен, когда из трубки донеслось: «Сумка! Ты хочешь к моей будущей победе на выборах примазаться? Так сам бери свои ноги в руки, голову не забудь и дуй ко мне в Кранты-сити. Здесь и разотрем все. Подумаю, как вас, пистонных, попользовать. Все, через час у меня».

Ошарашенный таким разговором Сумка потерял дар речи и был готов упасть в свой обычный припадок, но верный Калория успел засунуть ему несколько таблеток безмиксина и тем спас своего хозяина. Через десять минут Сумка заговорил: «Ну, козел торговый! За кого он меня, Сумку, держит? За шестерку? За таджика своего нелегального? Да я его порву!!!» «Подожди, Сумка! - прервал благоразумный Калория. - Не время нам с Выгрызовым грызться. Выгрызов, конечно, гад, но он же нашенский, тоже Большова ненавидит. Давай к нему примажемся, а там посмотрим, у кого галифе шире. Поедем к нему». Сумке ничего не оставалось, как подчиниться.

Пока партнеры по новой предвыборной кампании добираются до выгрызовских Крантов-сити, вернемся к нашему Сашку Выгрызову.

Выпускник НЧО

Сашок Выгрызов родился 13 числа, в понедельник. Обычно таким людям в жизни не везет, но это было не про него. Уже в роддоме он так вцепился в материнскую грудь, что медсестра заметила: «Этот себе в жизни все выгрызет». И как в воду глядела. Сашок грыз и отгрызал всегда и все, что мог. Уже в детском саду, когда он просил у товарищей: дай куснуть яблоко, - те в ужасе шарахались. Тот не только отгрызал все яблоко, но еще и умудрялся укусить руку дающего. В школе была та же история. Сашок понял, что его предназначение в этой жизни – жить хорошо. Но было два варианта: первый – жить хорошо за счет своего ума и трудолюбия, упорно учась, чтобы в дальнейшем получить хорошее образование и профессию. Но для этого варианта у нашего героя не было способностей, да и желания тоже. И второй вариант – выгрызать у других все, что можно. Сашок выбрал второй вариант: «Грызть всегда, грызть везде, грызть и никаких гвоздей».

ImageУчился Сашок очень плохо, и после 8 класса ему светило только заборостроительное ПТУ, но удалось в первый раз отгрызть по-серьезному, по блату - место в автомобильном техникуме. А потом и место в автосервисе в соседнем городе Тургеневе. Простым слесарем идти в автобусный парк - он что, даун конченый? Помните те благословенные восьмидесятые годы? Автослесарь из автосервиса? Это было покруче товароведа или даже валютной проститутки. «Жигули» машины были хорошие, только имели обыкновение часто ломаться, а дефицит запчастей был страшный, и куда было податься бедным автовладельцам? Только в автосервис, а там очередь на месяцы. А где его величество дефицит – там и власть, а где власть – там и деньги. Эту истину малограмотный и недалекий Сашок понял и прочувствовал всей душой. Вот оно, выгрызенное место в жизни. Кроме левых денег, оно давало ощущение, что ты хозяин жизни. Причем, в отличие от многих своих коллег, Сашок не был тем, кого называют «мастер золотые руки». Слесарил так себе, путал карбюратор с трамблером, но это неважно, если тебя любит начальник цеха, которому Сашок лизал все, что можно, и даже то, что нельзя.

На вершине счастья Сашок был в те моменты, когда за ним по автосервису семенили безропотные клиенты и жалостливо просили: «А вы не посмотрите мою машину, пожалуйста! Очень вас прошу! Я вас отблагодарю!» Однажды один известный на всю страну киноактер, народный артист попросил нашего героя: «Молодой человек! Не могли бы вы мою машину побыстрее посмотреть? Я вам бутылку коньяка поставлю!» На что Сашок горделиво ответил: «Да я тебе ванну целую коньяка налью, только отвяжись». Артист был убит таким хамством, а Сашок переживал один из самых звездных моментов в жизни. Не меньшее удовольствие Сашок получил, чиня «Жигули» своего старого учителя по математике Сергея Алексеевича. Уж он ему отлил по полной за все двойки и вызовы в школу родителей за несделанные по причине тупости домашние задания. Сашок три раза отказывал в ремонте по придуманному поводу – из-за отсутствия запчастей, а когда бедный учитель их где-то добыл сам, то Сашок их ставил в течение двух недель, хотя сделать все можно было за пять минут. В общем, жизнь радовала и радовала. Денег навалом, дефицитная жрачка и шмотки. Особо напрягаться не надо. Используй свое дефицитное место, отгрызай блага положенные тебе не по уму и труду, а по положению. Одно только мучило Сашка. Отсутствие корочек. Нет, не апельсиновых, их-то было навалом. А дипломных корочек. Ну, все есть, а корочек нет. И часто бывало так: в компании начинался разговор об образовании.

- Вы что закончили?
- Я МГУ, а вы?
- Я МИФИ, а вы, Саша, что закончили?
- НЧО
- Извините, Саша, что?
- НиЧегО.
И это очень сильно расстраивало Сашка. В Советском Союзе дипломы еще не продавались. Конечно, утешали деньги и дефицит, но мечта о корочках оставалась. Сашок по блату даже поступил на вечернее отделение автомеханического института, но по причине наличия отсутствия всяких способностей был отчислен в первую же сессию. Так и встретил Сашок начало капитализма. Место автослесаря перестало быть престижным, дефицит запчастей исчез. Из престижного и преуспевающего работника автосервиса Сашок Выгрызов превращался в простого работягу. Запил было с горя, но потом вспомнил о своем лозунге - «Грызть всегда и грызть везде», тем более начало девяностых было временем для таких выгрызовых. Старт его бизнесу был положен кооперативом по изготовлению и продаже беляшей. За небольшие деньги местные пацаны отлавливали для Сашка на окраинах города кошек и собак. Из них он готовил беляши, которыми его супруга торговала на городском рынке.

- Беляши горячие, беляши горячие! – зазывала мадам Выгрызова.
- А с чем беляши? – интересовались покупатели.
- Зато горячие! – был ответ.
ImageНа первые беляшные деньги Сашок открыл небольшой магазин, где торговал продуктами, которые скупал по дешевке в больших супермаркетах после истечения срока их годности. Десять таджиков трудились у него в подвале, исправляя даты на банках и пакетах. Другая бригада таджиков собирала для него на свалках разные запчасти из выброшенных авто. Их отмывали, перекрашивали, после чего тоже продавали.

Однажды Выгрызову улыбнулась удача. Один очень приличный человек, не разобравшись, взял его в партнеры по строительству завода. За короткий срок Выгрызов полностью высосал и обглодал своего компаньона, и тот почел за счастье отдать последнее, лишь бы избавиться от столь разорительного партнерства.

На вырученные денежки Выгрызов развернулся на широкую ногу, отстроил сельпо «Кранты», а потом и торговый центр «Кранты-сити». Такое название ему навеяла любимая поговорка «Нам – банты, а вам – кранты!». И смог Сашок реализовать свою заветную мечту детства - купить диплом о высшем образовании. Мечты детства - они самые сильные. Тот, кто в детстве голодал, всю жизнь помнит о еде, кто ходил оборванным - тот очень ценит хорошую одежду. А тот, кто в детстве страдал от двоек и неспособности учиться, тому всегда хочется казаться верхом образованности.

Приобретение диплома было проведено, как спецоперация. Сначала, по жадности, Сашок хотел купить диплом в подземном переходе. Причем хотел купить диплом с отличием самого сложного факультета МГУ – механико-математического. Но умные люди отсоветовали – такая дешевка быстро раскалывается, и посоветовали обратиться к настоящим специалистам по лже-образованию. Спецоперация была разбита на несколько этапов. Сначала из Урюпинского института по выведению морозоустойчивых обезьян была получена справка, что гражданин А. Выгрызов прослушал пять курсов по специальности «менеджер по выведению морозоустойчивых обезьян с системным уклоном» и сдал все экзамены про обезьян.

Эта справка пошла в Московский институт системных менеджеров, где на основе этой справки Сашку был выдан диплом математика-системотехника. Что такое математик, Выгрызов понимал, а что такое системотехник, понять никак не мог. Но звучало так красиво и внушительно, что жадный Сашок даже не пожалел сверху пятьсот баксов за красивое название. Корочки были красивые и так приятно пахли типографской краской, что Выгрызов даже спал с ними в течение двух недель, а потом повесил копию в своем кабинете. Он даже стал подумывать купить себе звание кандидата филологических наук. Его тягу к филологии отмечал еще старый мастер Петрович в автосервисе. Когда Сашок попадал себе молотком по пальцам и орал блаженным голосом, то Петрович глубокомысленно замечал: «После этих ударов по пальцам ты вполне диссертацию по языкознанию защитить можешь».

«А потом и диплом доктора наук приобрету. А там и академиком можно стать», - мечтал Сашок. Особенно Выгрозова тащило от звания члена Академии по информатизации, глобализации и битрансфакации. Это почище «системотехника» будет.

- А еще дружбаны по автосервису издевались, что у меня даже зубы мудрости тупые. Вот, выкусите, я уже математик-системотехник, и недалек тот день, когда я академиком стану…

И все было бы хорошо у Выгрызова. И диплом вожделенный есть, и Кранты-сити строятся, и мэр Разгильдяев обещал все разрешения-выделения подписать. Но Разгильдяев неожиданно ушел в отставку, и у хитрого Выгрызова начались при новом мэре Большове проблемы….

Оказалось, что Кранты-сити были построены безо всякого разрешения на захваченной земле. Сашок хотел, как все и всегда, выгрызть, причем выгрызть на халяву. Платить, что положено по закону, Выгрызов не мог вынести. Он бы сам себя зарезал от жадности, но без разрешения открыть Кранты-сити тоже не мог. Вот стояли и ветшали без дела его Кранты. Лютой и нечеловеческой ненавистью возненавидел Сашок Большова. Неизвестно, кто даже больше ненавидел Большова – он или Сумка.

Правда, эта ненависть помогла Выгрызову, единственному из пистонной банды, пробиться в городской совет на повторных выборах. Там Сашок себе зарабатывал славу народного защитника – требуя бесплатных коммунальных услуг для всех ворошиловцев и зарплаты учителям, как в Германии. На вопросы других депутатов, а где взять на эти, конечно, очень хорошие вещи, денег, Выгрызов гневно отвечал, что его дело предложить, а дело городской администрации найти на это деньги. Части ворошиловцев эти нелепые и завиральные, но привлекательные идеи нравились, и Сашок обладал определенной популярностью в городе.

Тайной мечтой Выгрызова было место мэра. Из-за своей жадности и тупости он уже был на грани разорения. Став мэром, он себе тут же подписал бы все разрешения-выделения, причем безо всяких выплат в бюджет города. А еще он смог бы решить другую проблему, которая грозила задушить его бизнес, – конкурентов по торговле. За то время, пока его незаконные Кранты-сити простаивали, в город пришли мощные торговые сети с более низкими ценами, гораздо более качественными товарами и сервисом. Вторым бы его решением было закрытие магазинов конкурентов, чтобы ворошиловцы ходили только в его Кранты.

Вот к такой замечательной личности и пришли Сумка с Калорией.

Новый политический союз

Image

Сумка с Калорией подъехали к логову Выгрызова на старых мопедах. Другой техники у Сумки не осталось – все было потрачено на электоральные войны за власть в Ворошиловске. - А ведь он конченый идиот, Калория! – сказал Сумка, оглядывая запущенное здание Крантов. – Уж на что я жлоб жлобом, но я бы заплатил в городской бюджет за землю и работать бы начал. Крантам-сити скоро настоящие кранты придут. Может, Калория, мы пустышку тянем, когда к нему в компаньоны набиваемся? - А другие варианты у нас есть? – вопросом на вопрос ответил Калория. – Пациент психушки Безмискин или Колян Ебдохин лучше будет? Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков.

Выгрызов принял гостей в своем кабинете, обставленном в настоящем новорусском стиле. Основным украшением была увеличенная в двадцать раз до размеров большой картины копия диплома математика-системотехника А. Выгрызова, висящая прямо над креслом хозяина кабинета. Она говорила – нет, кричала: вы пришли в гости к выдающемуся и высокообразованному бизнесмену.

Этой копией диплома Сумка был поражен и шепнул Калории «Вот дает. Может, мне мою справку об освобождении из зоны тоже так увеличить и у нас в бункере повесить?» На что простодушный Калория ответил: «Ты лучше копию своего приговора за двойное убийство повесь. Больше внушать будет». Выгрызов встретил пистонов неприветливо. Кофе-коньяка не предложил и даже из-за стола не вышел, чтобы пожать им руки. Так и остался сидеть под своим дипломом с важным и умным видом.

- Зачем вы мне нужны. Вас, пистонов, уже в городе никто за людей не считает. И не думайте, что если Большов уйдет, у вас проблемы кончатся. Следующий мэр, а это точно буду я, отберет у вас и завод, и котельную. Только придурок Большов хотел её городу вернуть, а я её еще раз приватизирую, только на свою жену. А пистонный завод окончательно раздербаню и распродам тем, кто больше заплатит, – резво начал Выгрызов.
- Это с особым цинизмом будет, – начал возмущаться Калория. – Большов - гад, конечно, но в город хотел, не себе лично. А ты нас придушить хочешь только из корысти. Непатриотично это, Выгрызов!
- Вспомнила бабушка, когда девушкой была. Если уж пистоны о патриотизме заговорили, то что говорить нам, коренным жителям и истинным патриотам города Ворошиловска? – отрезал Сашок, потом смягчился. – Ладно, оставим наезд. Будем дружить, оставлю вам пистонный завод, но уж котельную – будьте любезны, сразу на нас перепишете. И чтоб ваш «Задорный Пистон» завтра вышел под лозунгом «А. Выгрызов – наш народный кандидат!» Но чтоб, Сумка, без твоих стишков бездарных и сказок дедушки Михея. Похабень страшная, не может мой светлый лик с таким отстоем соседствовать.
- Ладно, договорились, Кекс, – нехотя согласился Сумка, а про себя подумал, – отольется тебе за все, падла торговая. Только бы большевиков победить, а там сочтемся, кому котельную, а кому перо под ребро.
- Значится так, вы за меня агитируете, а я про вас гадости только говорить буду. Город же знает, как вы своей котельной тарифы вверх гоните, а мне же ворошиловцам не только про Большова мозги пудрить надо, но и по вам, пистонам, пройтись желательно. Ведь я только за народ! – издевательски закончил Сашок.
- Слышь, Выгрызов! Ты только в своих выступлениях не напирай, какой ты образованный, а то весь город знает, каким ты придурком в школе был. Учителя-то твои еще все живы, да и одноклассников твоих полно, – посоветовал осторожный Калория. – Дипломчик-то твой купленный, к бабке не ходи! А как пронюхают об этом? И прощай, политика, здравствуй, зона! Ты же, когда депутатом стал, уж оповестил избирком о своем верхнем образовании?
- Не каркай, Калория! - важно пробубнил Сашок. – Уж на зоне ты раньше меня точно будешь. Вы с Сумкой заводик с котельной списюкали - и на свободе? А я, может, мечту детства реализовал! Учился – не учился. Кому от этого холодно-жарко, а мне очень от этого диплома приятственно на душе. На него посмотрю - и сразу на полголовы умнею! На этой лирической ноте и был закончен этот важный для обеих сторон разговор. На следующий день «Задорный Пистон» вышел, как всегда, со статьей, обливающей грязью Большова. Новым был разворот, посвященный борцу за народное счастье
– Александру Николаевичу Выгрызову, независимому кандидату. Выгрызов обещал всем ворошиловцам бесплатные коммунальные услуги, бесплатный проезд на общественном транспорте, увеличение зарплат бюджетникам в пять раз. Также в номере была большая статья лучшего журналиста «Задорного Пистона» Витька Мартовского о жизненном пути народного заступника, которая называлась «От слесарей до цезарей».

Все тайное становится явным

На следующий день Выгрызов отправился подавать документы в городскую избирательную комиссию. Вокруг него крутился Витек Мартовский, все щелкавший фотоаппаратом, дабы заснять начало блестящей предвыборной кампании Сашка. Председатель избиркома принял пакет документов от Сашка и дал ему заполнить анкету кандидата, а также подписать подписку, что Сашок предупрежден об уголовной ответственности за предоставление заведомо ложных данных о себе. Когда Выгрызов подписывал подписку, у него заныло под ложечкой от плохого предчувствия, но он отогнал эти плохие мысли: «С депутатством проканало? И сейчас пронесет».

ImageПредвыборная кампания набрала обороты. По всему Ворошиловску были развешены большие цветные фотографии Выгрызова с лозунгом «Я разбогател – разбогатеете и Вы!». Правда, какие-то умельцы переделывали восклицательный знак в конце предложения на вопросительный, отчего рекламный слоган менял свое содержание на прямо противоположное. Сашок обвинял в этом большевицких прихвостней и грозился поймать очернителей.

На ура проходили и его предвыборные митинги. Правда, половину их посетителей составляли нанятые за десятку бомжи, которые, честно отрабатывая деньги, громко орали: «Сашок – наш кандидат! Выгрызов – спаситель Ворошиловска!». Сашок наизусть выучил речь, которую для него написал Мартовский, и зычным голосом излагал её на митингах. Хуже получалось, когда приходилось отвечать на вопросы случайных, ненанятых посетителей митингов. На вопрос «Вы предлагаете бесплатный проезд в общественном транспорте? А кто за это заплатит транспортникам?» - Сашок, не долго думая, ответил по своей депутатской привычке: «Как кто? Конечно, мэр Большов». Публика засмеялась, но Сашок не нашел ничего лучше, как продолжить: «А чего вы думаете? И заплатит, а куда он денется?». Из публики раздалось: «Так не он, а ты уже мэром будешь!» Но Сашка не сломать: «Все равно заплатит!» – бубнил он.
Не обошлось и без провокационных вопросов. На одном из митингов его бывший учитель математики Сергей Алексеевич спросил:
- Уважаемый Александр Николаевич! А какая у вас специальность по диплому о высшем образовании?
- Математик-системотехник, – гордо ответил Выгрызов и тут же стушевался: учитель-то помнил о его выдающихся математических способностях. Сашок попытался перевести разговор на любимую тему о пятикратном увеличении зарплат бюджетникам. Но проклятый старикашка не унимался:
– Простите, пожалуйста, а что такое системотехник? Объясните, пожалуйста!
- Чего непонятного? Ну, техник по системам всяким там! Чинит их по математически, – начал нести глупость Сашок. Он и сам понимал, что надо как-то разобраться в своей «профессии», но все попытки специалистов объяснить ему, что это такое, были заранее обречены на неудачу, сами понимаете, почему.

В общем, кампания Выгрызова шла достаточно неплохо, хотя он и отставал почти в три раза от другого кандидата, заместителя Большова, бывшего полковника Российской армии Вахрушева, но Сашок, как всегда, надеялся выгрызть победу. Гром прогремел неожиданно, и оттого еще более обидно. Проклятый учителишка, мерзкий борец за справедливость Сергей Алексеевич обратился в избирком с просьбой проверить законность выдачи А.Н.Выгрызову диплома по специальности математика-системотехника. В обращении он писал, что не мог научить Сашка таблице умножения и думал, что педагогическая наука бессильна перед тупостью Сашка, а тут такая специальность в дипломе. Избирком послал запросы в заинтересованные ведомства, и от них пришел ответ, что в Урюпинске никогда не было Института по выведению морозоустойчивых обезьян и поэтому диплом у Сашка фальшивый и никакого высшего образования у него нет, не было и, наверно, не будет.

Решение избиркома было однозначным: кандидат на пост мэра Выгрызов А.Н. должен быть исключен из избирательной кампании за предоставление заведомо ложных сведений о себе. Прокуратура города открыла уголовное дело по факту мошенничества А.Н.Выгрызова. Вот так бесславно и закончилась предвыборная кампания нашего Сашка. Он, конечно, пытался сопротивляться, подавал жалобы в областной избирком и суд, но история со слесарем-математиком была настолько очевидна, что карьера Сашка-политика закончилась.

Эпилог

-Все, Калория, надо бежать из этого проклятого Ворошиловска! Нет, не будет нам здесь жизни! А какие люди с нами начинали – Алик Безмискин, Свиригониха, Задрика, Лох, Балаболкина! И где все они – кто в психушке, кто по помойкам бутылки пустые собирает. Губит нас всех этот город, – заходился в истерике Сумка. Даже огромные дозы безмиксина не могли его вывести из припадка. Его искусственный глаз вывалился и разбился вдребезги.

- Конечно, надо бежать. Нас всех посадят здесь, – в унисон ему подвывал Калория. – Надо только собрать нашу коллекцию игрушечных автомобилей и хотя бы немного пистонов прихватить. А то на что мы жить будем? Нет, правда, Сумка, а на что мы жить будем? Мы же ничего не умеем! Да и работать ненавидим!
- Некуда деваться нам, придется учиться. А давай пойдем в зоопарк охранниками! С нашими бандитскими рожами нас все тигры со львами бояться будут. Опять же, мясо у них тырить будем. Не пропадем – обнадежил партнера Сумка. Они сели на свои ржавые мопеды и поехали в сторону Москвы. Это и был последний выбор Сумки – его попытка вернуться в почти честную и нормальную жизнь. Будем надеяться, что у него это получится.

Степан КРАПИВА

Добавить коментарий
Имя:
Коментарий:



Код:* Code


Просмотров: 1552

Комментарии
 
« Пред.   След. »